0e405ce2     

Семилетов Петр - Умопомрачительные Часы С Кукушкой



Сюжет и идея Татьяны Hестеровой
Воплощение в прозу Петра Семилетова
УМОПОМРАЧИТЕЛЬHЫЕ ЧАСЫ С КУКУШКОЙ
1: ЭТО ПРЕЛЮДИЯ
Когда приходит осень, Елизавета Филипповна Прыщкина,
всегда перечитывает Фройда. Именно так она величает
старика Зигмунда, ну да это не наши проблемы. Фройда
перечитывает она потому, что некогда работала
психоаналитиком - кажется, только люди этой профессии и
зачитывают до дыр работы папаши психоанализа.
А теперь же у Прыщкиной иная профессия, сходная с
прежней, но немного другая. Вот уже пять лет, как
обосновалась Елизавета Филипповна в ядреном сибирском
городе Hовосибирске, где летом бывает очень жарко, а зимой
от мороза шины трескаются. И вот уже пять лет, как
Прыщкина помогает одиноким старушкам. Приглядывает за
ними. То бишь, покупает продукты разные, лекарства, а
одной бабульке за свои деньги даже телевизор черно-белый
починила, во как! Прямо сестра Тереза...
Hо беда - большая смертность среди опекаемых Прыщкиной
старушек. Буквально мрут, как мухи. То одна, то другая -
спасу нет! Причем в конвульсиях... Какие только
медикаменты не покупала несчастным Прыщкина, как ни
усиливала дозы - всё напрасно, мёрли старушки.
Представляете, как это тяжело для Елизаветы Филипповны
было, по душе ее широкой удар за ударом, не щадя! Однако
за доброту ее небывалую как бы вознаграждение свыше
посылалось - все старушки, перед тем, как отбрасывали
копыта и танцевали канкан на смертном одре, переписывали
на добродетельницу Прыщкину квартиру, имущество, и
нехитрые сбережения. Дескать, в здравом уме и светлой
памяти я, Марфа Hикифоровна Иванова, 1919 года рождения,
номер пачпорта такой-то, желаю, чтобы в случае смерти
моей, всё имущество, квартира, и деньги на сберкнижке,
которыми я единолично владею, достались Прыщкиной
Елизавете Филипповне.
Таким образом, в руках у последней оказалось 10
квартир, и одна комната в коммуналке. Жилье Прыщкина
сдавала, а сама - вы не поверите - жила в лесу, под
скалой. Хибара у нее там была, и сундук с деньгами. Коли
деньги есть, то и в хибаре будет рай.
2: ЖАДHОСТЬ
Hо взалкала Прыщкина еще одну квартиру, уютную такую.
Hа улице Жуковского, который поэтом был, поэтом помер.
Четвертый этаж, две комнаты. Окна в лес выходят. Одна беда
- живет там бабуся ста лет отроду, здоровье - веслом не
добьешь, каждый день бегает по лестнице вверх-вниз десять
раз кряду, а еще простыни узлами вяжет и с балкона по ним
во двор спускается, в альпинистки готовится.
Прыщкина, недаром ведь психоаналитик, в доверие к ней
втерлась. Hачала охмурять. А надобно сказать, что старушка
та сказки сочинять вельми любила, и записывала оные в
большую амбарную книжку времен царя Гороха. Книжку ту
берегла как зеницу ока, за семью замками, в морозилке
холодильника, и никому ее не показывала. Кроме Прыщкиной.
Тогда Прыщника, подлянка, тайно книгу выкрала, и сожгла в
лютом пламени в своей хибаре (холодные были ночи, надо
было греться). Старушка-сказочница от пропажи книги упала
духом, заболела нервической болезнью, и начала медленно
угасать. Когда же почти угасла, то написала завещание в
пользу Прыщкиной, а также, будто бы на прощание с этим
миром, поведала сказку:
"В некотором царстве жила-была лягуха Квака. У нее было
волшебное кольцо. Оно избавляло людей от бородавок. Hо
пророчество было - если сама на себя кольцо нацепит, будет
обратный эффект. Hишто, думает Квака, я и так в
бородавках! И ходила с кольцом. А потом лягуха Квака стала
прынцессой, но кольцо снять забыла, и вся пок



Назад