0e405ce2     

Сенчин Роман - Нубук



Роман Сенчин
Нубук
повесть
Сенчин Роман Валерьевич родился в 1971 году в Кызыле (Республика Тува),
окончил Литературный институт им. А. М. Горького. Печатался в журналах "Новый
мир", "Знамя", "Октябрь" и др. Лауреат первой премии литературного конкурса
"Эврика" за 2001 год. Живет в Москве.
ЧАСТЬ ПЕРВАЯ
1
Он появился как раз в тот момент, когда я почти забыл, что у меня
была другая жизнь. Совсем другая. В квартире на пятом этаже, с ванной и
унитазом, с удобной газовой плитой, телефоном; жизнь, где были друзья, веселые
попойки на "свободной от родичей хате", субботние дискотеки... Да, я почти
забыл ее, теперь я жил настоящим, последними пятью годами; жил в маленькой,
одичавшей деревушке, в трехоконном домике; каждый день я должен был заботиться
о пропитании, ковыряясь на огороде и ухаживая за животиной, что с наступлением
холодов будет забита и пойдет на прокорм мне и моим родителям.
Он приехал, открыл калитку и испугал меня. Ведь я сразу все вспомнил. Наш
класс, дискотеки, девчонок, нас с ним в салоне "ИЛа", бегущего по посадочной
полосе Пулковского аэропорта; вспомнил, как мы прилипли к круглому окошечку,
пытаясь разглядеть в огнистой мгле новую, обетованную землю... И когда он
пошел ко мне, не обращая внимания на рвущегося с цепи, хрипящего от злости
Шайтана, я испугался. Я готов был разозлиться, подобно псу, что он появился,
давно оставленный в прошлом, чужой, изменившийся, заставил вспомнить...
Ведь ничего не вернешь, так зачем ворошить?
- Здорбово! - Улыбаясь, блестя крупными, ровными, как подушечки "Дирола",
зубами, он протянул мне руку.
Я дернул было навстречу свою, но вовремя заметил, что она черная (только
что разбрасывал по редисочным грядкам древесную золу от жучков), и находчиво
подставил ему запястье. Бормотнул:
- Извини...
- Как живешь? Чем занимаешься? - бодро, без раскачки стал спрашивать он. -
Совсем окрестьянился?
А я никак не мог прийти в себя и все бормотал, не слыша за лаем Шайтана
собственного голоска:
- Да ничё... так... потихоньку...
Из огорода на шум собаки пришли родители. Увидели гостя, разулыбались -
узнали.
- Мы-то гадаем: что такое, кто это к нам на такой роскошной машине? А это
Володя! - зачастила, засуетилась мама. - Здравствуй, здравствуй! Откуда?
И отец, радуясь, поздоровался с ним, полюбовался его подтянутой, крепкой
фигурой, дорогим костюмом, направился в дом ставить чайник.
- Нет, я не надолго. Машина ждет. - Вовка, отогнув рукав пиджака, взглянул
на часы. - Самолет в шесть вечера. Тороплюсь.
Родители с пониманием закивали в ответ, а он потащил меня за ворота,
подальше от бесящегося Шайтана и расспросов мамы; конечно, ей было о чем
расспросить выбившегося в люди одноклассника сына...
За воротами белые, похожие на большую игрушку "Жигули", кажется, десятой
модели, возле нее парень лет тридцати покуривает сигарету и, сощурясь, глядит
на пруд, где с визгом и радостным матом плещется молодежь.
- Пошли вон туда, на лужайку, - не знакомя с парнем, предложил мне
Володька.
- Пошли...
Осмотрев траву и не обнаружив в ней стекла и гусиного помета, он сел,
бросил рядом раздутую кожаную сумочку.
- Ну и как?
Я вздохнул, пожал плечами, полез в карман рубахи за "Примой". Но закурить
почему-то не решился.
- Н-да, - вздохнул и Володька, и в его вздохе явно слышались сочувствие и
слегка - презрение. - Видать, не слишком-то в кайф.
Огляделся. Я сопроводил его взгляд своим. Приятного для глаз действительно
маловато. Почерневшие домики, глухие заборы из разномаст



Назад