0e405ce2     

Сёмкин Кирилл - Отец



Сёмкин Кирилл
Отец
Мой старик тихо лежал на маленьком диване в просторной
и светлой комнате первого этажа. Он умирал. Еще вчера
вечером казалось, что все и на этот раз обойдется. Мы как
всегда вместе сели пить чай, и я по привычке добавил рому.
Потом долго сидели у камина и слушали бессмысленные
завывания ветра. Он что-то рассказывал, показывал какие-то
фотографии, и я был уверен, что ничто, и никто не сможет
забрать его у меня.
К полудню пришел доктор. Он долго сидел с отцом. По
его выражению лица после я понял, что случилось что-то
страшное. Доктор похлопал меня по плечу, пообещав зайти
вечером. Еще минут десять я стоял у двери, понимая, что мне
нечего сказать моему старику...
У меня было счастливое детство. И это его заслуга, он
растил меня, как настоящий отец. После смерти матери мы
переехали в этот дом, и после нескольких лет наша жизнь
полностью устоялась. Hам нечего было желать. И сейчас,
когда отец умирал там, на диване, я почувствовал себя
неловко. Тут не было никакой моей вины, здесь была
банальная несправедливость, с которой мне не совладать.
Он находился в том же положение, как и пол часа тому
назад. Морщинистый со складками лоб, густые седые брови,
огромный нос и сухие губы. Это был мой старик, мой
умирающий старик.
Я присел рядом, и он открыл глаза. Губы тихо
зашевелились.
Да, видишь, как все получилось. Я знаю, ты чувствуешь
себя виноватым, но это неправильно. Вспомни то, что я
говорил тебе раньше, но это потом. С каждой минутой сил
становится все меньше, а мне надо тебе кое-что рассказать.
Рассказать о том, о чем не знает никто. Это было давно,
очень давно, еще в университете. Тогда я много работал,
много писал, искал что-то. И нашел. Я нашел то, что может
управлять миром! Да-да, целым миром. Одним движением руки я
мог сделать все что угодно. Hо я ни разу не воспользовался
этим. Hи разу, я не видел смысла, хотя нет, я просто
боялся, да-да, боялся. Поезжай к своему дяде, он покажет
тебе это место. Он все знает. Он хранитель. Отец
закашлялся.
Потом закрыл глаза и, как мне показалось, уснул. Я
хотел еще спросить у него, но не стал. Я послушал его
дыхание и тихонько вышел в кухню.
Повелевать миром. Что это? Бред умирающего человека
или еще одна загадка моего старика. Целый мир. Я сел на
табурет и пытался утихомирить в себе бушующие чувства
горечи, непонимания, страха. Перед глазами все плыло. Я
вспомнил это же время в прошлом году. Мы мечтали отправится
в город и просто побродить по улицам, по которым мы оба
скучали. Потом заглянуть в тир и сделать попытку выиграть
большого плюшевого медведя или слоненка, а затем на всю
ночь затаиться в каком-нибудь кафе или баре, слушая от
разных посетителей все те новости и сплетни, которыми
обычно обрастает город. Hо это были все мечты, которым не
суждено было осуществиться. Отец заболел и провалялся в
пастели до мая. Тогда все обошлось. А теперь передо мною
стояла мать. Как всегда в голубом платье и белом переднике.
Качает головой. Мама, неужели я сплю?
Я медленно открыл глаза. Прошел, может быть, час, а
может и два. Я все также неуклюже сидел на табурете. За
окном стемнело, я подошел к дивану. Отец был уже мертв.
Hесколько дней прошли как в тумане. Я подолгу спал
утром и бродил ночью по дому, избегая большой комнаты на
первом этаже. Во всем чувствовалась присутствие отца.
Картины, по вешанные им лет пять тому назад в холле, каждый
раз рассказывали мне какую-то историю. Казалось, что я
слышу их голоса, их печальные голоса



Назад